Перевод на русский: Suraj
Как следует из названия, существует важная загадка, которую предстоит решить любому практикующему или ученому, стремящемуся ясно понять качества опыта, сопровождающие переход от простого внимания к дыханию к полному погружению в джханическое сознание (jhāna). Я попытаюсь показать, что существуют веские основания для путаницы в этом вопросе, если проследить историческое развитие комментаторских изложений от «Патисамбхидамагги» (Paṭisambhidāmagga) через «Вимуттимаггу» (Vimuttimagga) к (более поздней) «Висуддхимагге» (Visuddhimagga).
Поскольку «Висуддхимагга» столь влиятельна и так широко цитируется современными учителями, представляется крайне важным определить, насколько она надежна, и, если в определенных аспектах это не так, то на основе подтверждающих доказательств ясно показать, почему именно.
Основная часть этого эссе продемонстрирует, что описание ума медитирующего в джхане, встречающееся в самом Каноне и цитируемое в «Патисамбхидамагге» как сравнение ума с полной ясной луной, деградирует до ошибочного буквального восприятия этих образов как внутренне порожденных визуальных данных. Поскольку на содержание ума нелегко указать прямо, Будда часто использовал сравнения, сопоставляя визуальные и другие чувственные объекты с ментальным содержанием, чтобы медитирующие могли четко понять, чего им следует искать и что переживать. В религиозных традициях всех видов мы часто встречаем наивную тенденцию воспринимать буквально то, что подразумевалось, как метафора. Похоже, что этот процесс произошел на определенном этапе и закрепился в описании «Висуддхимаггой» патибхага-нимитты (paṭibhāganimitta), или «знака подобия». Важно, чтобы новые поколения западных медитирующих не были введены в заблуждение этой вероятной исторической ошибкой.
Термины «нимитта» (nimitta), или «знак», и «патибхага-нимитта», или «знака подобия», часто упоминаются в этом эссе, и лучше всего прояснить их значение в самом начале. «Знак» означает характерную метку или феномен, который сопровождает опыт и помогает его идентифицировать. Например, грипп часто сопровождается слабостью и тошнотой; здесь тошнота была бы знаком гриппа. Крайняя радость может сопровождаться ощущением легкости в теле и слезами; это были бы знаки радости. Врач ищет определенные признаки, которые характерно сопровождают те или иные болезни. Точно так же определенные знаки характерны для вхождения в глубокие состояния правильного сосредоточения и присущи джханическому состоянию.
Согласно определениям (взятым из комментаторских источников), приведенным в «Буддийском словаре» Ньянатилоки, существует три типа нимитты. Первый тип — это парикамма-нимитта (parikamma-nimitta), что относится к восприятию объекта в самом начале сосредоточения; это также известно как «подготовительный образ или знак». Когда ум достигает слабой степени сосредоточения, возникает еще неустойчивый и неясный образ или знак, называемый «усвоенным знаком» (уггаха-нимитта, uggaha-nimitta). Это восприятие предшествует появлению полностью ясного и статичного образа, называемого «подобным образом» или «подобным знаком» (патибхага-нимитта). Появление этого третьего типа нимитты сигнализирует о возникновении сосредоточения доступа (упачара-самадхи), состояния, которое предшествует полному джханическому поглощению. Оба этих состояния имеют один и тот же знак, но различаются лишь интенсивностью составляющих факторов состояния. Как упоминается в этом определении, подобный знак понимается как более утонченная и проясненная версия знака и является естественным результатом усиления осознанности и концентрации. Знание этих знаков помогает как ученику, так и учителю оценивать успех или неудачу в достижении соответствующих уровней сосредоточения.
Осознанность дыхания на вдохе и выдохе (ānāpānasati) является одним из наиболее значимых объектов или основ для медитации, рекомендованных Буддой. Это также один из самых популярных методов медитации, используемых прошлыми и нынешними поколениями практиков буддизма Тхеравады, стремящихся пройти Благородный Путь освобождения. Данный метод описан в ряде сутт, принадлежащих к Палийскому канону (например, М 118, М 10, Д 22). Однако сутты довольно кратки, а порой и скудны в изложении методов медитации. Следовательно, существуют послеканонические экзегетические труды, основной целью которых является комментирование, объяснение, дополнение или прояснение текстов, которые могут считаться трудными для понимания или недостаточно информативными в рамках канона.
Что касается темы медитации на дыхании, то в настоящее время в английском переводе доступны три таких комментария: «Висуддхимагга» (Visuddhimagga, ок. 500 г. н. э., 1-е англ. изд. 1956 г.), «Вимуттимагга» (Vimuttimagga, ок. 100 г. н. э.?, 1-е англ. изд. 1961 г.) и «Патисамбхидамагга» (Paṭisambhidāmagga, ок. 300 г. до н. э.?, 1-е англ. изд. 1982 г.). Как учителя, так и ученики широко используют их в качестве ценных справочных материалов для прояснения ключевых аспектов практики. Традиционно «Висуддхимагга», самый поздний труд из трех, использовался и считался, пожалуй, наиболее авторитетным стандартом, которому следует следовать как руководству по медитации. В вопросе о знаке (nimitta) и подобии знака (paṭibhāganimitta), которые возникают во время медитации на дыхании, существуют значительные расхождения между описаниями, приведенными в «Висуддхимагге» и «Вимуттимагге». В различных письменных трудах современных учителей упоминаются характеристики знака и подобия знака, появляющихся во время медитации на дыхании. Часто эти описания заимствуют классические сравнения из «Висуддхимагги», возможно, в качестве осторожной попытки не отступать от ортодоксии. Однако, как мы покажем ниже, это описание знака (предварительного или подобия) может оказаться весьма вводящим в заблуждение и, как часто отмечают разочарованные медитирующие, неясным.
В описании осознанности дыхания в «Висуддхимагге» (Vis. VIII, 213-215), в параграфе 213 говорится:
…точно так же монаху не следует искать вдохи и выдохи где-либо еще, кроме того места, которого они обычно касаются. и ему следует взять верёвку осознанности (smṛti) и стрекало понимания (prajñā) и, зафиксировав свой ум на том месте, которого они обычно касаются, продолжать направлять туда своё внимание.
214. Ибо, когда он уделяет внимание таким образом, они появляются вновь спустя недолгое время, подобно тому, как волы возвращаются к месту водопоя, где они встречались. так он может закрепить их верёвкой осознанности и, запрягая их в том же самом месте и подгоняя стрекалом понимания, продолжать усердно заниматься объектом медитации. когда он поступает таким образом, вскоре перед ним возникает знак (nimitta). но он не одинаков для всех; напротив, некоторые говорят, что когда он появляется, то для определенных людей он создает легкое прикосновение, подобное хлопку, шелковистому хлопку или дуновению ветра.
215. Но вот какое изложение дается в комментариях: некоторым он является как звезда, или скопление драгоценных камней, или россыпь жемчуга; другим — с грубым ощущением, подобным семенам хлопчатника или колышку из сердцевины дерева; третьим — как длинный плетеный шнур, или цветочная гирлянда, или клуб дыма; иным — как натянутая паутина, или пелена облаков, или цветок лотоса, или колесо колесницы, или лунный диск, или солнечный диск. [подчеркивание моё].
Заметка из комментария к «Висуддхимагге» (Visuddhimagga) гласит:
«Знак» (nimitta) — это знак обучения (uggaha-nimitta) и знак подобия (paṭibhāga-nimitta), ибо здесь они упоминаются вместе. В данном контексте три сравнения, начинающиеся с хлопка, относятся собственно к знаку обучения, остальные же — к обоим. Под словом «некоторые» подразумеваются определенные учителя. Сравнения, начинающиеся с «груды драгоценных камней», относятся собственно к знаку подобия. (Параматтха-маньджуса (Paramattha-mañjūsā), комментарий к Висуддхимагге; Vism. стр. 786, прим. 58).
Сравнения в предыдущих разделах (Vis. VII, 214-215) представляют собой как осязательные, так и зрительные восприятия. Следующие отрывки представлены для того, чтобы читатель мог оценить, возникла ли путаница в результате ошибки при передаче (возможно, ошибки при переписке) на основе данных, полученных из более ранних комментаторских материалов, таких как «Вимуттимагга» (Vimuttimagga) и каноническая «Патисамбхидамагга» (Paṭisambhidāmagga), или же из-за буквального восприятия того, что изначально подразумевалось как сравнение.
В «Вимуттимагге» (стр. 68) при упоминании «различения качеств» для различных объектов медитации утверждается, что
«... один объект медитации постигает знак через прикосновение, а именно — осознанность дыхания (ānāpānasati). И вновь, один объект медитации постигает знак через зрение или прикосновение, а именно — воздушная касина (vāyo-kasiṇa)».
Это различие является критически важным. Оно показывает, что медитация на дыхании отличается от других объектов сосредоточения тем, что она является исключительно тактильной.
Зрительные объекты могут восприниматься во время медитации на дыхании как побочный эффект у некоторых медитирующих, однако практикующему следует оставаться сосредоточенным исключительно на тактильном ощущении дыхания. Таким образом, как сказано в «Патисамбхидамагге» (170., стр. 172):
«... монахи сидят, установив памятование (smṛti) на кончике носа или над верхней губой, не уделяя внимания вдохам и выдохам, когда они входят и выходят, тело и сознание (citta) того, кто проявляет усердие [в этом начинании], становятся послушными и гибкими, его направленные мысли (vitarka) успокаиваются, [и] его скрытые влечения (anuśaya) искореняются».
Возвращаясь к приведенным выше сравнениям из «Висуддхимагги» (Visuddhimagga VII, 214–215) и сопоставляя их с тем, что обнаруживается в соответствующем описании в «Вимуттимагге» (Vimuttimagga, раздел о практике памятования о дыхании, стр. 158–159; см. абзац ниже), можно заметить, что они диаметрально противоположны по своему явному смыслу. В то время как сравнения в «Висуддхимагга» приводятся в контексте того, что может служить знаком (nimitta) для сосредоточения, в «Вимуттимагге» содержатся предостережения, призывающие воздерживаться от фиксации на подобных восприятиях (вместо того чтобы направлять внимание на тактильный признак дыхания). Соответствующий фрагмент из «Вимуттимагги» приводится здесь полностью:
«... для йогина, который внимает входящему дыханию умом, очищенным от девяти малых загрязнений, возникает образ с приятным ощущением, подобным тому, что рождается при прядении хлопка или шелкового волокна. также это сравнивается с приятным чувством, вызываемым легким дуновением ветра. таким образом, при вдохе и выдохе воздух касается носа или губы, что обуславливает установление осознанности восприятия воздуха. это не зависит ни от цвета, ни от формы. это именуется образом (nimitta). если йогин развивает этот образ и увеличивает его на кончике носа, между бровями, на лбу или закрепляет его в нескольких местах, он чувствует, будто его голова наполнилась воздухом. благодаря такому расширению всё его тело пронизывается блаженством. это называется совершенством. и вновь, бывает такой йогин: он с самого начала видит несколько образов. он созерцает различные формы, такие как дым, туман, пыль, золотой песок, или же испытывает нечто похожее на укол иглы или укус муравья. если его ум не обретет ясности в отношении этих различных образов, он впадет в замешательство. так он совершает ошибку и не достигает восприятия дыхания. если же его ум становится ясным, йогин не ведает смятения. он внимает дыханию и не допускает возникновения иных восприятий. медитируя таким образом, он способен покончить с путаницей и обрести тонкий образ. и он внимает дыханию свободным умом. этот образ свободен. поскольку этот образ свободен, возникает устремление. когда устремление становится свободным, этот йогин внимает дыханию с невозмутимостью (upekṣā). когда невозмутимость, устремление и радость становятся свободными, он внимает дыханию, и его ум не колеблется. если его ум непоколебим, он уничтожит препятствия (nīvaraṇa) и пробудит факторы медитации (jhāna). так этот йогин достигнет спокойной и возвышенной четвертой медитации, дхьяны (dhyāna). это именно то, что было подробно изложено выше».
Эти предостережения против отвлечения внимания могут напрямую восходить к наставлению об осознанности дыхания (Ānāpānasati Sutta, M 118.26): «Я не говорю, что развитие дыхания возможно для того, кто забывчив и лишен полной осознанности».
Фразу «приятное ощущение, подобное тому, что возникает при прядении хлопка или шелкового хлопка», следует понимать как приятное тактильное чувство, испытываемое в определенной точке руки ткача, который поддерживает или направляет нить хлопка, одновременно ее скручивая. Интерпретируемое таким образом сравнение уместно в том смысле, что первоначальный контакт с нитью ощущается грубо, но со временем качество восприятия меняется (онемение, давление, тепло и т. д.) на иное под воздействием длительного трения. Это более тонкое сравнение, чем то, что приводится в «Висуддхимагге» (Visuddhimagga), которая ограничивается статичным образом «прикосновения хлопка».
Предложение «это не зависит от цвета или формы» ясно дает понять, что медитирующему не следует ожидать знака осознанности дыхания в виде визуального образа, поскольку невозможно представить себе зрительное восприятие, лишенное как цвета, так и формы. Из этого предложения можно сделать вывод, что знак является тактильным объектом восприятия. К слову, в «Патисамбхидамагге» (Paṭisambhidāmagga), самом раннем и обширном первоисточнике по дыханию, во всем разделе о медитации на дыхании нет ни одного упоминания о визуальном или «световом» знаке (nimitta). Великая тайна раскрывается, когда осознаешь, что большинство образов, приписываемых «ответному знаку» (paṭibhāganimitta) в «Висуддхимагге» и «отвлечениям» в «Вимуттимагге» (Vimuttimagga), встречаются в более ранней «Патисамбхидамагге» как часть метафорического описания монаха (bhikkhu), освобожденного от загрязнений благодаря своим успехам в практике осознанности дыхания. Далее следуют описания:
«Тот, чья осознанность к вдоху и выдоху совершенна, полностью развита и постепенно доведена до полноты, как и учил Будда, освещает этот мир, подобно полной луне, вышедшей из-за облаков (Pat. III, 171, p. 172)».и,
«подобно полной луне, вышедшей из-за облаков: омрачения (kleśa) подобны облакам, знание благородных (ārya) подобно луне, а монах (bhikṣu) подобен божественному сыну, обладающему полной луной. Подобно тому как луна, освободившись от облаков, тумана, дыма и пыли, вырвавшись из когтей демона затмения Раху (Rāhu), сияет, сверкает и лучится, так и монах, освободившийся от всех омрачений, сияет, сверкает и лучится. Посему было сказано: «подобно полной луне, вышедшей из-за облаков» (Pat. III, 182, p. 175). [подчеркивание мое].»
Здесь то, что в канонических источниках приводится как сравнение для ума, в «Вимуттимагге» (Vimuttimagga) воспринимается буквально как зрительные образы, хотя, что вполне уместно, они представлены как объекты, на которые не следует обращать внимания. «Висуддхимагга» (Visuddhimagga), однако, не только ошибочно принимает метафоры «дыма», «тумана», «пыли», «отблеска», «сияния», «блеска» и «луны» за буквальные визуальные образы, но и неверно истолковывает их как «встречный знак» (paṭibhāganimitta), признак успеха, что прямо противоречит «Вимуттимагге».
Остается лишь удивляться тому, как эти метафорические образы, встречающиеся в конце раздела, описывающего медитацию на дыхании в «Патисамбхидамагге» (Paṭisambhidāmagga), со временем превратились в буквальные визуальные феномены, связанные с медитативной практикой в более поздних комментариях. Исходя из доказательств, представленных в этой заметке, представляется целесообразным считать и «Вимуттимаггу», и «Патисамбхидамаггу» более надежными текстами в том, что касается медитации на дыхании.
Только в «Патисамбхидамагге» этот материал изложен надлежащим образом. Сравнения для качеств ума, такие как «чистый», «озаренный» или «свободный от облаков», трактуются именно как сравнения; более того, образы «облаков», «тумана» и прочего правильно понимаются как препятствия для этой ясности. Редакторы (традиционно — ачарья Буддхагхоша) «Висуддхимагги», по-видимому, чувствуют себя довольно неуютно в связи с «разнообразием восприятия» различных знаков (nimitta) в медитации на дыхании и демонстрируют свое беспокойство, объясняя, что такое разнообразие проистекает лишь из индивидуальных особенностей восприятия медитирующих (см. цитату в следующем абзаце). Ни это объяснение, ни потребность в нем не встречаются в более ранних комментариях.
«216. На самом деле это напоминает случай, когда несколько монахов (bhikkhu) сидят вместе, декламируя сутту (suttanta). Когда один монах спрашивает: «Каким видится вам это поучение?», один отвечает: «Оно представляется мне подобным мощному горному потоку», другой говорит: «Для меня оно словно череда лесных деревьев», а третий: «Мне оно кажется раскидистым плодовым деревом, дарующим прохладную тень». Ибо одна и та же сутта предстает перед ними по-разному из-за различий в их восприятии (saññā). Подобным образом и этот единый объект медитации проявляется по-разному вследствие различий в восприятии. Он рожден восприятием, берет начало в восприятии и порожден восприятием. Следовательно, следует понимать, что, когда он является в разных видах, это происходит из-за различий в восприятии (Vis. VIII, 216, p. 278).»
Я уверен, что многие практикующие медитацию задавались вопросом, почему Будда не упомянул столь важные сведения о «знаке» (nimitta) и «сопутствующем знаке» (paṭibhāganimitta) в медитации на дыхании, которые «Висуддхимагга» (Visuddhimagga) считает столь критичными для успеха в практике дхьяны (jhyāna). Я надеюсь, что это эссе показало: описание практики медитации на дыхании, данное самим Буддой, содержит всю необходимую и достаточную информацию для достижения успеха. Я бы добавил, что единственным надежным и универсальным признаком дхьяны является описание факторов дхьяны (jhyānaṅga), данное самим Буддой, независимо от того, является ли объект медитации зрительным или осязательным. Далее я надеюсь, что медитирующий осознает: постепенное прояснение и утончение его или ее восприятия объекта медитации — это просто «побочные эффекты» ясности и озарения спокойного и сосредоточенного ума. Наконец, я хотел бы подчеркнуть, что объектом при дыхании является контакт с воздухом. Качество элемента воздуха (vāyudhātu) имеет критически важное значение для этой медитации. Если бы Будду интересовало лишь простое ощущение контакта, то было бы проще коснуться носа пальцами. Принятие легкости воздуха как телесного опыта является решающим фактором.
Как сказано в «Вимуттимагге» (Vimuttimagga):
«Ему кажется, будто его голова наполнена воздухом. благодаря такому возрастанию всё его тело наполняется блаженством (ānanda). это именуется совершенством (siddhi). [процитировано ранее].»
Cвязанный второстепенный вопрос относительно знака дыхания (nimitta) — это, опять же, прослеживаемое недоразумение, которое развилось до своей окончательной формы в «Висуддхимагге» (Visuddhimagga). Критически важная фраза используется в суттах о четырех основах осознанности и о созерцании дыхания (ānāpānasati), а именно: «parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvā», что часто переводится как «установив осознанность перед собой». Остается только гадать, почему «Патисамбхидамагга» (Paṭisambhidāmagga), «Вимуттимагга» (Vimuttimagga) и «Висуддхимагга» уверенно указывают местом контакта дыхания ноздри. Более того, в этих трех трудах мы находим: «либо у носа, либо у губы». И здесь Буддхагхоша (Buddhaghosa), редактор, дает объяснение, что «человек с длинным носом может чувствовать дыхание в ноздре, когда оно проходит через нос». Человек же с коротким носом чувствует его на верхней губе. Это странное рассуждение, если вдуматься, потому что, даже если человек «коротконосый», он может чувствовать только выдох теплого воздуха из ноздрей на верхнюю губу. Теперь мы упускаем весь вдох. Похоже, перед нами еще одна загадка.
Если мы обратимся к оригинальной сутте, к слову «mukha», оно буквально и разумно означает «вход» или «рот». Если мы придадим ему это очевидное значение, то получим: «он фиксирует свое внимание у входа», причем входом является либо нос, либо рот. Ранние комментаторы исходят из того, что читатель понимает: медитирующий может дышать либо через рот, либо через нос. Если он дышит через рот, ему следует направить внимание на контакт воздуха с губой. Это очень разумный совет, ведь было бы жаль отказываться от медитации на дыхании только из-за простуды или заложенного носа! Таким образом, мы видим, как то, что начиналось как простое определение места контакта дыхания у носа или рта, т. е. «у входа», постепенно обросло недоуменным дополнением о «длинноносом и коротконосом человеке». Спор о значении этой фразы возник в очень ранние времена (см. цитату из оригинального примечания в «Патисамбхидамагге» ниже), и фактически все три комментария выбрали трактовку «mukha» как нос или рот.
«В смысле охвата» означает состояние охваченности. Что именно охвачено? Выход. Какой выход? Сосредоточение, основанное на осознанности к дыханию, само по себе является выходом, вплоть до пути архата (arahant). Посему сказано: «в смысле выхода». Значение «выхода из круговорота перерождений» выражается через значение слова mukha (уста) как «первостепенное» (переднее). «В смысле утверждения» означает индивидуальную сущность (svabhāva). Смысл, выражаемый всеми этими словами, таков: сделав осознанность охваченным выходом. Однако некоторые утверждают, что «в смысле охвата» означает «охват как значение осознанности», а «в смысле выхода» означает «дверь входа и выхода как значение вдохов и выдохов». Тогда подразумевается следующее: утвердив осознанность как охваченный выход для вдохов и выдохов. (прим. 14, англ. изд.; PSA 350-1).»
Некоторые современные учителя высказывают мнение, что место контакта дыхания не имеет значения, вероятно, в ответ на фразу, которая встречается далее в сутте: «ощущая всё тело, он вдыхает...» и т. д. и поскольку «всё тело дыхания» не указано в явном виде, они полагают, что здесь есть место для интерпретации. но дыхание как «всё тело» (kāya) прямо упоминается в Анапанасати-сутте (Ānāpānasati Sutta), хотя и не в Сатипаттхана-сутте (Satipaṭṭhāna Sutta); смысл фразы тот же:
«Я говорю, монахи, что среди тел это — одно из них, а именно — вдохи и выдохи» (Маджджхима-никая (Majjhima Nikāya),
издание PTS, III. 83, стр. 125; в сноске указано, что
«...дыхание является телом, так как оно включено в сферу осязания»).
Кроме того, в сутте есть четкое указание на «вход», с чем согласны три комментария, какой бы ни возникла путаница в более поздние времена. Это также игнорирует сравнение, которое следует сразу за указанием места, а именно:
«подобно тому как токарь или его ученик, делая долгий оборот, знает, что он делает долгий оборот, или, делая короткий оборот, знает, что он делает короткий оборот, так и монах, вдыхая длинный вдох, знает, что он вдыхает длинный вдох, вдыхая короткий вдох, знает, что он вдыхает короткий вдох...
и так тренирует себя, думая: "я буду выдыхать, успокаивая телесное формирование (kāyasaṅkhāra)"» (Дигха-никая (Dīgha Nikāya), 22). Будда включает это, казалось бы, избыточное сравнение по одной причине. Сравнения, подобно картинам, стоят тысячи слов и обычно переживают любые искажения перевода. Это своего рода защитный механизм Будды, призванный показать, что подобно тому, как токарь на станке однонаправленно фиксирует внимание своим резцом на одной точке, пока деревянный шпиндель находится в непрерывном движении, медитирующий поступает так же в «точке входа», пока дыхание непрерывно течет мимо. В сущности, всем комментариям удалось сохранить это представление в «сравнении с пилой», но, к сожалению, к моменту написания Висуддхимагги (Visuddhimagga) рот как место концентрации был упущен из виду. Все это не означает, что существует только один путь к достижению безмятежности с помощью дыхания.
Если кто-то разработал технику, которая приводит к джхане (jhāna) и не следует этим явным инструкциям, это тоже прекрасно. Важно то, что приносит результат.
Ниже приведено краткое резюме наставлений для медитирующих, практикующих осознанность дыхания:
• Сосредоточьтесь на ощущении дыхания или воздуха в тех местах, где он входит в тело и покидает его.
• Если возникают визуальные образы, игнорируйте их.
• Если ум начинает блуждать, не позволяйте ему этого.
• Возвращайтесь исключительно к точке соприкосновения дыхания.
• Удерживайте внимание на этом месте на протяжении всего вдоха и всего выдоха.
• Ощущение или восприятие движения воздуха сменится статичным чувством; это признак успокоения ума.
• Пребывайте в этом воздушном, парящем качестве, которое должно пронизывать голову.
• Следует пережить прохладную и воздушную пустоту в голове.
• Это состояние может распространиться на всё тело.
• Это является последующим «знаком» (nimitta) углубляющегося покоя.
• Оставайтесь с этой воздушной легкостью как с объектом для сосредоточения.
• Все препятствия (nīvaraṇa) должны исчезнуть, и проявятся пять факторов дхьяны (jhāna-aṅga) в той или иной степени: слабой, средней или сильной.
• Для дальнейших наставлений обратитесь к Анапанасати-сутте (Ānāpānasati Sutta).
Я надеюсь, что вышеизложенные пункты помогут прояснить любые затруднения, с которыми сталкиваются медитирующие, и что они смогут вздохнуть с облегчением, продвигаясь по пути.
1) "The Path of Purification, Visuddhimagga" by Bhadantacariya Buddhaghosa, Translated from the Pali by Bhikkhu Nyanamoli, 5th Ed. Buddhist Publication Society, Kandy, Sri Lanka (1991).
2) "The Path of Freedom, Vimuttimagga" by the Arahant Upatissa, Translated from the Chinese by Rev. N.R.M. Ehara, Soma Thera, & Kheminda Thera; Buddhist Publication Society, Kandy, Sri Lanka (1995).
3) "The Path of Discrimination, Patisambhidamagga." Translated from the Pali by Bhikkhu Nyanamoli, 2nd Ed. The Pali Text Society, Oxford (1997).